Дамы и господа! Добро пожаловать на ролевую
D. Gray-man. The hidden side of war!
Присоединяйтесь к нашему небольшому миру,
Вас ждет коварная обольстительница,
имя которой приключение.
Гостевая
Список ролей
Правила
О мире
ЧаВо
Сюжет
Акции

Рейтинг форумов Forum-top.ru

D. Gray-man. The hidden side of war

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » D. Gray-man. The hidden side of war » Новая сказка » Слушая волны


Слушая волны

Сообщений 1 страница 4 из 4

1

http://sf.uploads.ru/t/I51cX.png

Место и время: Шотландия, спустя пару недель после принятия Джерильда
Участники: Kanda Yu, Gerald Evans
Описание Крик чаек, плеск волн, порывы соленого холодного ветра. Миленькая деревушка, едва ли на пару сотен жителей. Старый маяк, окутанный паутиной тайны. И два темноволосых парня, уныло взирающих на это "великолепие". Или не так уже и уныло? Но в любом случае дело надо выполнить, слух проверить, искателей прикрыть, акума убить, Чистую силу добыть... и совсем не важно хочешь ли ты находиться тут или нет. И только рокочущее о скалы море может послушать твоей недовольство. Вот только кого ты обманываешь, вглядываясь в затянутый тучами горизонт. Себя или другого?

+1

2

[AVA]http://s8.uploads.ru/UZq6s.png[/AVA]

Шумело море. Волны, поначалу с едва уловимым шелестом накатывались на скалы, чтобы затем с громким всплеском о них разбиться. В вышине мерзко кричали морские птицы. Хотя может и не так уже и мерзко, просто пронзительно, но Канде этот звук точно не нравился. Как и вид пенистых валов катящихся на берег и разбивающихся об него. Все море пенилось и бурлило, волновалось и с неповторимой яростью накатывалось на скалы. Будто хотело снести их и забрать с собой. Особенно впечатляющим было зрелище одинокого маяка, стоящего на самой границей между морем и сушей. Должно быть в спокойную погоду, туда можно было дойти по песчаной косе, но вот сейчас все затопило беспокойное море.

Парень глядел на унылого вида бурые скалы. Высокие, обрывистые и словно червями-древоточцами изъеденные. Только и оставалось догадываться, как это они еще не обрушились под суровым натиском волн. Над ними белыми флагами трепетали чайки, чьи истошные вопли так досаждали парню. Внизу клокотали волны, обещая скоро добраться до неурочных путников, что так не вовремя заглянули в этот Богом забытый уголок мира. Их пенистые барашки пока еще были невинными, белыми. Но уже сейчас бушующая стихия притягивала к себе взгляд и заставляла сердце трепетать перед своим величием и неукротимостью. Вечер еще не закончился, но идущая следом ночь пророчила быть беспокойной.

В ушах свистел ветер. Он трепал одежду и волосы, давил в грудь и толкал, выдавливая людей из небольшого пятачка суши. Словно говорил «Прочь, идите прочь! Уходите, пока еще можете!». Вот только Канде было глубоко плевать до того, что хотел от него какой-то ветер. Так же как и плевать на плещущие волны, на пока еще светлое небо над головой… Хотя все это временно. Экзорцист уже видел вдали, почти на линии горизонта, подступающих шторм. Серый и черные туши туч, словно пуховое одеяло кто накинул на небосвод. Ветер гнал их на берег. Ночью тут разразится буря и хорошо еще, если не затопит все вокруг. И тогда когда небеса и водная гладь сольется воедино – места мало станет всем.

Мечник уже видел такое и не раз. Как на широкой водной глади пробегает сначала первая рябь. Еще не страшная, но уже предвещающая сильный шторм. Рыбаки начинают спешно собирать снасти. У них мало времени, надо успеть доплыть до берега и спрятать лодки в камышах, подальше от воды, чтобы отголоски надвигающейся бури не вздумали оторвать мелкие суденышки и разбить о яростно бушующие волны. Как над заливом собираются тучи. Они тяжело громыхают, сдуваемые ветром в море. Как падают первые капли дождя. Люди удваивают усилие и даже почти успевают к тому моменту, когда разражается ливень. Холодные дождевые капли больно бьют по спине, стекают за шиворот. Спрятаться от них можно только в крепко сколоченных деревянных домишках и рыбаки поспешат это сделать. Чтобы не видеть, как море и небо вскорости поменяются местами, заплясав в, одним им ведомой, безумной пляске. И они уже не увидят, как перевернутый океан сплошным потоком льется сверху вниз в не измеренную никем бездну. А шторм идет, набирает обороты. Громыхает гром, срываются с неба ветвистые молнии, то и дело прочерчивая яркими зигзагами суровое черно-фиолетовое небо, чтобы тут же вскипятить морскую воду. А вслед за этим в небо уносятся тонкие, но жгучие хлысты, скорее не ранящие, а раззадоривающие раскаленные небеса. Залив и подножия далеко выдающегося в океан мыса превращается в бурлящий котлован, где волны неистово разбиваются о камень. Раз за разом, да с таким грохотом, что кажется, будто бы они решили переспорить не утихающий в сошедших с ума небесах гром. Еще яростнее ревет море. Где-то далеко внизу с грохотом разбиваются волны об острые камни. Ветер взъяривает волны, складываясь в тонкую как бич воронку смерча. Он достигает вод, чтобы ему навстречу вырвалась аналогичная воронка, засасывающая и сметающая все вокруг.

Над ухом особенно пронзительно вскрикнула чайка и послышался голос встречающего их искателя.

- Наконец-то, - пробурчал японец, стряхивая наваждение. Он еще раз хмуро взглянул в сторону чернеющих на горизонте туч, что вскоре обрушатся на город, и пошел вниз, спускаясь к небольшому поселку.

Судя по донесением именно тут находился маяк, что никогда не гаснул. И в который никто из искателей так и не смогу попасть. Именно затем он оказался здесь. Вернее они. В этот раз ему в напарники определили новенького. Излишне бодрый и активный, как по мнению мечника, он вызывал головную боль, в чем-то до жути напоминая надоедливого Чаоджи. Впрочем, этот хотя бы не в команде Тидолла, что уменьшало время, которое нужно будет провести в общении с ним. Точнее избегая общения.

Канда не любил говорливых типов. А излишне приставучих не любил вдвойне. Хотя по меркам японце излишне – были почти все вокруг. Вот и приходилось досадно цыкать сквозь зубы, игнорировать, а в особенно тяжелых случаях просить заткнуться. Пока еще вежливо, без мугеноприкладства. Хотя эти просьбы звучали больше как приказ.

Повезло еще, что ехать пришлось не далеко и недолго. Из нового здания Главного Управления они за два дня добрались до Шотландии, а к вечеру на берег Северного моря. И вот сейчас они тут. Идут к небольшому городку, что раскинулся среди скал и холмов, поросших побуревшей к зиме травой.

С той высоты, где экзорцисты и пара искателей находились, было видно, что поселок маленький. Крепенькие каменные дома из того же серо-бурого камня, что и скалы, покатый черепичные крыши, пара пирсов, что волнорезами уходили в бухту. И тот самый маяк. Огромный, темный, грядой возвышающийся над городком. С островерхой крышей, грозившей небу. Он выглядел настолько чуждо и нелепо на фоне города, как арабский скакун в овечьем хлеву.

И, тем не менее, он неустанно привлекал к себе взгляд. Канда даже на миг показалось, что он видит хрупкую фигурку в белом платье на верхней площадке маяка. Но стоило только моргнуть, как виденье пропало. Мечник раздраженно цыкнул и продолжил путь, спускаясь в поселок. А за его спиной горизонт вспыхнул первой далекой еще молнией.

+1

3

Море казалось живым, разумным существом, разгневанным на непослушную сушу. Море бросалось на скалы, стены маяка, в вечном стремлении убрать со своего пути столь назойливую преграду. Вот волна, будто медля, набирая силы, подкатывает к берегу и с новой силой кидается на скалы, чтобы разлететься пенистыми остатками и уползти обратно побежденной неприступностью камня.  Буйство природы притягивало взгляд, завораживало своей дикой, невообразимой пляской, борьбой с изысканной бешеной грацией. Это был ритм, это была музыка, это достойно было бы кисти художника. Вечная борьба стихий будто отражается в душе каждого человека, рождая ту же борьбу, ту же непреодолимую страсть между жаждой сломать то, что вбито семьей и собственным опытом, и попыткой найти хоть какую-то опору и устоять в этой ураганной жизни. Борьба безудержной страсти с холодным разумом, выворачивает человеческую душу наизнанку, рано или поздно, но что-то должно победить. И человек либо будет в какой-то момент увлечен безудержным желанием или стремлением, а море размоет скалы, сломает стены маяка, который, казалось, навис над водой будто безмолвный страж на границе. Когда-нибудь, но а пока приютившиеся чуть дальше от берега дома еще были в безопасности, еще не были смыты разозленным морем, но долго ли продержится их мнимая и иллюзорная защищенность? Глядя на свирепое море, на нее непрерывный бег, бесконечное движение, настойчивую борьбу с еще непокоренной сушей, начинаешь осознавать, как мал человек перед неукротимыми силами природы.И над всем этим царствовал и веселился ветер, казалось, что для него какие-то смертные создания, коли у ветра крылья и перед его легкостью и мощью они лишь пыль?  Он играючи забирался под плащ, толкал в грудь, норовил сбросить непослушных человеческих созданий прямо в объятия бушующего моря, его ледяные прикосновения навевали тоску, явно давал понять, что экзорцистам тут делать абсолютно нечего, что им, двум людям, делать в этом царстве стихий? Даже людское поселение будто смирилось в этом котле противоборствующих стихий, выглядело мрачным, забытым и потерянным, а потому более уместным, чем двое молодых людей, что не сгибались перед силой природы.
Джеральд не знал, как долго он стоял и смотрел на эту завораживающую картину, не ощущая как заледенели руки и как отекли мышцы от долгого стояния без единого движения. Возможно, он даже дышал через раз, этого парень тоже не знал. Лишь разомкнув похолодевшие губы и кое-как выдохнув, Эванс вдруг осознал, что предпочел бы наблюдать за этой борьбой и теплого, крепкого и уютного дома с чашкой чая в руках и пледом на плечах, а рядом бы горел камин, разгоняя коварный холод, занесенный неугомонным ветром. Да пускай это была бы всего лишь картина, как напоминание о мятущейся человеческой душе, жаждущей неясно чего.
Осознав, что снова попадает под это чарующее обаяние дикой природы, парень помотал головой и даже похлопал себя по щекам, чтообы прийти в себя и сосредоточиться на их цели, а то стоят на открытой местности, как мишень для акум. Скосив сперва взгляд на эмблему, а после повернув голову в сторону заносчивого японца, заметив, что взгляд его устремлен только на маяк, который, к слову, и был их целью. Что Канда так старательно рассматривал и мог ли что-то разглядеть на таком расстоянии, неясно, но и Джеральд вперил свой взор туда, силясь разобрать хоть что-то, кроме мрачного, тоскливого, хоть и пропитанного мощью природы пейзажа. В какой-то момент ему показалось, что маяк - это башня, где томится принцесса, украденная злым драконом, а они - ее спасители. "Чушь какая, Джеральд, ты же вырос из этих сказок!" - одернул себя экзорцист, недовольно поморщившись. Ведь если отбросить все, что навевает мистический оттенок, от тоскливого очарования ничего не останется, кроме ощущения, что тебя послали в самое захолустье, что явно не может радовать.
Подумав об этом, юноша повел плечами, стараясь хоть немного размять мышцы, и стараясь загнать, разбуженное природой воображение в глубины мозга, а то приходят в голову картины неупокоенного призрака, что разжигает огонь в маяке в тщетной попытки дождаться единственного заветного корабля.
- Интересно, а если призраки существуют, что для них время? Затянувшийся бесконечный день? - Произнес он, не особо рассчитывая на ответ. Парень прохаживался, наворачивая маленький круг на этом пятачке, чтобы хоть как-то согреться. Сказать по правде, он на ответ не рассчитывал, уж больно заносчивый зануда достался ему в напарники. Эванс изо всех сил пытался наладить контакт, но после настойчивой рекомендации заткнуться и столь же убедительной аргументации, почему стоит это сделать, постарался сохранять дистанцию, обозвав про себя Канду ходячим памятником с раздувшимся самомнением. А ведь Джеральд честно пытался как-то взбодрить и расшевелить японца из самых лучших побуждений, куда там.... "Может, все это из-за того, что я совсем новенький? Скорее всего. С новичками часто так поступают, ставят на место. Черт, ну почему мне попался именно он? Наверное потому что рассчитывают, что он вытащит из неприятностей и обучит нового экзорциста? Пфф, ну пусть мне еще учится и учится, но я далеко не так слаб, как они думают" - повернув голову в сторону маяка, Эванс вновь вгляделся в темную громаду маяка, не понимая толком, что он пытается разглядеть, что так притягивает его взгляд, манит, будто зовет. В тот момент, когда ему показалось, что он заметил какое-то движение иного характера, из созерцания цели их с Кандой путешествия вывел голос искателя.
- Вечер добрый, господа экзорцисты. Позвольте представится, мое имя Джозеф. - Молодой мужчина с карими глазами поклонился, приветствуя парней. Эванс приветливо улыбнулся в ответ:
- Джеральд Эванс, рад знакомству. Можно нам узнать побольше о маяке? - речь экзорциста наполнилась бодрыми нотками, будто не было утомительного похода и долгого стояния на ветру. Одно дело- выматывающее молчание и ожидание и совсем другое - перспектива действовать, хоть как-то. Пусть это пока лишь сбор информации и определение планов на будущее, но это уже было хоть что-то. Джозеф повел их к поселению, неспешно ведя свой рассказ:
- На самом деле, сведений о нем крайне мало. Все, что нам известно - это слухи, мифы и сплетни местных жителей, которые стараются не подходить к маяку слишком близко. Говорят, что когда-то здесь был огромный торговый город, которым правил некий богатый и влиятельный человек. Нет, он не был ни королем, ни принцем, не принадлежал к числу знати, но богатство, которое он скопил за долгие годы успешной торговли, сделали его очень могущественным человеком и дали неограниченную власть. Именно он управлял основными денежными потоками в этом городе, он рассчитывал, что успешно выдав свою красавицу дочь замуж, он получит и титул, что упрочит его положение.  Дочь же его обладала на редкость послушным и добрым нравом, во всем слушалась своего отца, а тот души в ней не чаял, потому и подыскивал ей достойную партию из знатных семей. Но однажды, в дверь их дома постучалась старая женщина и попросила воды, дабы утолить жажду. Отец был в городе, и дома была только его дочь, которая провела женщину на кухню и велела слугам накормить бедную незнакомку. Те не ослушались, и когда нежданная гостья, помимо сытного обеда, получила еще и сверток с припасами, она обратилась к красавице, предупреждая ее, чтобы она, не принимала в дар ничего из далекой восточной страны, ни платков, ни пряных трав, ибо там кроется ее смерть, до тех пор, пока не выйдет замуж. Удивленная дочь богача поблагодарила женщину, хотя и не приняла ее слова всерьез. Однако, она рассказала отцу о странном визите, когда он вернулся домой поздним вечером. Богач стал допрашивать дочь о незнакомке, укоряя ее за недостаток осторожности. Однако, один из слуг вдруг поведал им, это была колдунья, что умела прозревать будущее, и что в благодарность за доброту она предостерегла юную деву от опасности. Имя колдуньи, как и имена богача и красавицы, уже стерты из памяти, но тогда имя ведающей женщины знал едва ли не каждый житель, а потому к словам женщины решено было прислушаться. Тогда глава семейства серьезно забеспокоился и стал думать, как уберечь свое сокровище от ранней смерти. И повелел он строить маяк, сотворив из нее настоящую крепость, дабы никто не проник внутрь без разрешения и ведома отца. Так и был построен маяк, в котором поселилась несчастная девушка, обреченная до замужества тосковать в полном одиночестве, лишенная человеческого общения. Когда же исполнилось красавице 16 лет, нашелся и жених долгожданный, сын из знатного рода восточной страны. Родители довольно быстро договорились о скором браке, но родители жениха настояли на том, чтобы познакомить своего сына с невестой. Отец дал согласие и вручил жениху ключ, на радостях забыв предупредить о том, чтобы жених ничего не пронес с собой. А в обычаях восточной страны негоже было являться к невесте без подарков, а потому слуги молодого человека внесли в маяк три небольших сундучка. Один был наполнен драгоценными украшениями, второй, пряностями и травами диковинными, а третий, тканями и платками всех цветов. Лишенная столь долгое время внимания девушка, приветливо поприветствовала будущего мужа и с интересом взяла сундучок с тканями. Но стоило ей открыть крышку, как выскользнула оттуда ядовитая змея и укусила несчастную. Увы, ни жених, ни его слуги не имели при себе противоядие от столь сильного яда и бедная девушка погибла в ужасной агонии. Когда же отец узнал о случившемся, то не вынеся горя, то забрался на самую крышу маяка и сбросился прямо в бушующее море. С той поры призрак бедной красавицы бродит по маяку, ища выход и упокоения, а отец с глубин морских отчаянно взывает к своей любимой дочери, потому что не может успокоится и после смерти, пока не воссоединиться с ней.
Джеральд слушал эту историю, в очередной раз затаив дыхание. Он даже пожалел, что не может записать эту легенду, а потому постарался запомнить ее, чтобы в дальнейшем попробовать изложить на бумаге. Он даже и не заметил, как искатель провел их через поселение, остановился у небольшой таверны и вопросительно глядя на экзорцистов:
- Мы пытались войти в маяк, но там будто стоит невидимый барьер, а огонь на маяке мы наблюдали не единажды. - продолжил Джозеф после небольшой паузы, - Господа экзорцисты желают отдохнуть прежде чем пройти к маяку, или же не станем медлить? Приближается гроза, может стоит переждать ее внутри?
Эванс призадумался, невольно посмотрев на Канду, а затем на далекие всполохи молний, танцующих на горизонте. Жажда действий требовала немедленно отправиться к таинственному маяку, но тело жаждало отдыха, а потому парень в замешательстве никак не мог определиться с ответом. Молчание затягивалось, прерываемое лишь нарастающим гулом ветра и запахом дождя, смешивающегося с ароматами водорослей и соли.

Отредактировано Gerald Evans (10-11-2017 07:43:48)

+1

4

Ветер путался в волосах, теребил ленту и пытался сорвать ее с тяжелого шелка прядей. Ветер пропирался под полы плаща, играл ими, вздымая ввысь, куда стремился и сам. Его вой шумел в ушах, вместе с яростным плеском волн. Ветер доносил до путников тонкие холодные брызги, пахнущие водорослями и солью. Все то время, что небольшая группа спускалась по извилистой тропке, их пытались спугнуть, сбить с пути, заставить повернуться назад. Все что угодно, лишь бы не идти вниз, к отделенному от других морем и тонким перешейком земли селению.

Канда молчал. Так же как молчал на риторический, но от этого не менее глупый вопрос юнца рядом с ним про призраков. Он не встречался ни с одним из них. Вернее, видел только видения, иллюзию, что таила в своей глубине его память. Да, он слышал от Комуи историю про духа, оставшегося жить в старом здании Черного Ордена, но мечнику не было до этого никакого дела.
Их было слишком много. Этих чертовых призраков, привидений-жертв блядского Ватикана. Да сам японец был одним из них, не говоря уже о десятках, сотнях других, что отдали свою жизнь ни за что. За глупую ахинею с войной и высшим благом. Кому, млять, это благо нужно? Экзорцистам? Людям?

Канда раздраженно цыкнул языком, ускоряя шаг. Где-то за его плечом шли остальные из их маленькой группы. Один из искателей бодро рассказывал о легенде, ходившей про маяк, другой просто молча шагал замыкая процессию. Его взгляд не отрывался от неровной влажной почвы, а лицо было наполовину скрыто глубоким капюшоном. За все время, что они спускались, экзорцист не услышал от него ни слова. Впрочем, японца это устраивало. Вокруг и так было слишком много шума. Хотя с другой стороны это же и настораживало. Больно уж подозрительно выглядел этот парень.

«Всякий имеет право на ошибку, но при этом он не имеет право не углядеть опасность. И если, рядом вдруг запахло серой, ты должен сделать вывод, что рядом ходит черт с рогами и начать заготовку святой воды в промышленных масштабах», - ну или как-то так когда-то говорил один из наставников, что обучали совсем еще мелкого Юу основам фехтования. Именно подобным образом говорил Тидолл, подготавливая Канду к работе экзорцистом. Иначе никак. По другому не возможно выжить, нося на груди огромную мишень-крест «обладатель Чистой силы». По другому мечник и не жил. Каждое мгновение был готовым отражать атаку. Каждого подозревал, позволяя себе расслабиться лишь будучи наедине с самим собой и своими мыслями. Это было еще одной причиной, почему японец так ценил уединение.

Уже подходя к городку он заметил старую вывеску. Полуразвалившуюся, с нечитаемым названием, на котором чья-то рука коряво нашкрябала «За облаками всегда солнце…». Канда взглянул наверх на темную груду облаков, скрывающих за собой не просто небесное светило, но даже самый паршивый и мелкий его лучик.

- Ага, как же, - хмыкнул Второй себе под нос. Но услышал его только, поравнявшийся с ним в тот момент, молчаливый тип.  Дальнейший путь прошел быстро. Искатели точно знали куда идти, а экзорцисты следовали за ними, пока не уткнулись носом в маленькой, приземистое. Как и все вокруг, здание.

- Господа экзорцисты желают отдохнуть прежде чем пройти к маяку, или же не станем медлить? Приближается гроза, может стоит переждать ее внутри?

Канда выразительно фыркнул. Он успел развернуться лицом к маяку, делая первый шаг. Пока его в спину не догнал вопрос молчаливого искателя.

- Негоже сбросать вызов судьбе, сражаясь со стихией, - Его голос был тихим и хриплым, словно он давно не говорил. Второй мужчина с почтением взглянул на напарника и кивнул.

- Да, думаю, стоит прислушаться. Старый Марк редко говорит. Но всегда по делу. Может останемся пока шторм не утихнет?

По всей видимости, искатели скорее хотели очутиться в тепле и уюте, спасаясь от разыгравшейся непогоды.  И теперь завуалировано пытались настроить на тот же лад экзорцитов. Вот только мечник не был настроен оставаться в этом сыром, пропахшем солью и рыбой городе больше положенного. Он бы предпочел поскорее разобраться с делами, чем прозябать у камина ожидая у моря погоды.
Спрашивая разрешения, провоцируешь отказ. Канда никогда не допускал такой ошибки. Он просто пошел дальше, выбрав себе за ориентир высокий шпиль маяка.

- Никакого ответа - тоже ответ, - проговорил старик Марк и пошагал следом за экзорцистом, уже с пятого шага догоняя его и пристраиваясь ему в хвост. Словно серая, неприметная тень.

Пока они не дошли до покрытого галькой пляжа, выбеленного и выемочного волнами. С правой стороны находился каменный пирс, с одиноко качающейся, забытой кем-то лодкой. К ней-то парень и направился, намереваясь как можно скорее добраться до точки назначения.
[AVA]http://s8.uploads.ru/UZq6s.png[/AVA]

+1


Вы здесь » D. Gray-man. The hidden side of war » Новая сказка » Слушая волны